104.7 FM

Freedom FM

.

.

.

.

Current track

Title

Artist

Background


Алексей Глызин


24 июня 2021. “Звёздный городок”



Михаил Навахов: Друзья, всем здравствуйте, всем привет, всем доброе утро. В городе Нью-Йорке 10:16. Меня зовут Миша Навахов, а с нами в прямом эфире… Встречайте! Советский, Российский эстрадный певец, актер, музыкант, заслуженный артист России, обладатель премии «Шансон года»- Алексей Глызин!  Алексей, приветствую.

Алексей Глызин:  Миша, привет. Доброе утро, Нью-Йорк.

Михаил Навахов: Алексей, не зря я объявил, советский и российский. Вы артист, который сформировался в Советском Союзе. Если сравнивать время, сегодняшнюю Москву с той, Москвой,  годов 70-ых и 80-ых, какая невероятная популярность была у группы  «Веселые ребята»! Мы часто общаемся с нашим коллегой, он работает на нашей радиостанции – Игорь Ерастов, ведет дискотеку…

Алексей Глызин: А, Игорек у нас работал в коллективе «Веселые ребята» в качестве бас-гитариста. Даже трудовая книжка лежала.

Михаил Навахов: В субботу, у нас будет большая дискотека XX века, и Игорь Ерастов будет там диджеить. 

Алексей Глызин: Люблю дискотеки!

Михаил Навахов: Мы готовы и ждем вас. Насколько вы с удовольствием и с ностальгией вспоминаете то время, было ли оно для вас лучше, чем то, в котором вы сейчас находитесь?

Алексей Глызин: Во всех временах можно находить хорошее и плохое, я оптимист в большей степени, несмотря ни на что. Но, в то время пойти в ресторан нельзя было, писали: «Местов нет». Такие годы замечательные: 80-ые, 70-ые! Мы иногда ездили в Шереметьево-2, где ресторан работал круглосуточно. И вот там, как раз можно было спокойно отдохнуть и посидеть. Что касается ресторанов, которые были в Москве,  их было немного, типа «Националь». Вот туда можно было прийти и швейцару засунуть…

Михаил Навахов: Трешку, пятерку…

Алексей Глызин: Да, пять рублей. Это уже было много! И он запускал. Или надо было говорить, на иностранной мове. Не важно на какой, главное, он не понимал, о чем мы говорим. Мы такие вещи тоже проделывали. И тогда запускали, думая, что это иностранцы.

Михаил Навахов: Алексей, в каком году вас стали узнавать на улице?

Алексей Глызин: Настоящая узнаваемость появилась с 1986, 1987 года. Начали узнавать после песен «Бродячие артисы», которая была в «Новогоднем огоньке», потом песни «Автомобиль», «Не волнуйтесь, тетя» – это уже 1986, 1987 год, 1988 год. «Бологое». Знаковые песни для «Веселых ребят», но до этого времени- «Веселых ребят» телевидение не жаловало, поскольку наш руководитель Павел Яковлевич Слободкин вел такую политику – не хотел петь песни про БАМ. Ничего в этом плохого я в не видел, но предпочитал, что бы коллектив проповедовал хорошую музыку. Тогда, Лапин был главой центрального радиовещания и телевидения и было довольно сложно с запросами Слободкина туда попасть. Мы пели песни, не имеющие отношения к социальным проблемам, то есть не призывали людей идти работать, хватать кирку, лопату и за советскую власть… Такого не было. Мы играли то, что нам хотелось.

А когда появились эти песни, «Веселые ребята» стали вхожи на центральные телевизионные каналы. Путь был непростой.

Михаил Навахов: Все-таки, Слободкин отстоял свое право появляться на телике?

Алексей Глызин: Да, ему предлагали компромиссы, но он никогда не шел на них.

 Михаил Навахов: Алексей, мы сейчас затронули важную и тяжелую тему в России, это -артист и власть. У нас в Америке такой темы не существует. Любой артист может критиковать любую власть. 

Алексей Глызин: Да, я это вижу.

Михаил Навахов: В России эта тема больная. Когда-то было такое, что вам нужно было прогибаться под власть, а вы этого не хотели?

Алексей Глызин: Косвенно касалось. Был случай, когда у нас был гастрольный тур. Три артиста: Игорь Тальков, Игорь Корнелюк и я со своим коллективом. И мы были в городе Ижевске. Как сейчас помню – город Ижевск, славный город, где Калашников производил замечательное оружие типа автоматов АКМ и прочее. И в тот период, это 90-ые годы, у нас концерт. Дворец спорта, мы работаем по отделениям. После первого концерта приходят люди в штатском и вызывают Игоря Корнелюка и меня. А Игоря Талькова не зовут. И говорят: «Ситуация такая. Тальков Игорь не может работать в этом концерте, поскольку он поет песни, идущие вразрез с политикой нашего государства». Мы в конечном итоге после получасовой беседы нашли компромисс и все песни из репертуара Игоря в тот момент пришлось убрать. То есть, это был некий прогиб.

Михаил Навахов: Компромисс, безусловно.

Михаил Навахов: У нас есть комментарии от слушателей. 

Алексей Глызин: Даже есть один слушатель?

Михаил Навахов: Алексей, я смотрю, вы не исполнены оптимизма?

Алексей Глызин: Я оптимист.

Михаил Навахов: Вы не оптимист, скорее  реалист. 

Алексей Глызин: Absolutely right.

Михаил Навахов: Учитывая, что мы единственная FM-радиостанция в Нью-йорке, вещающая на русском языке 24 часа в сутки 7 дней в неделю.

Алексей Глызин: Это здорово, я уверен, что есть у людей ностальгия, которые приехали когда-то в Америку, и слушают 100% эту радиостанцию.

Михаил Навахов: Не у каждой этнической группы в Америке есть своя FM-радиостанция. Все-таки русские люди достаточно образованные. Наверное, сегодня в каждой крупной американской компании есть русскоязычный менеджер. Сейчас опять началась волна эмиграции из России в связи с политическим режимом, экономической ситуаций. Всегда ужасно обидно, что в России живут безумно талантливые люди, потрясающие ученые и гениальные мозги, начинают утекать. Хорошо. Давайте вернемся к музыке. Пишет нам наша слушается Лиля: «Доброе утро, здорово услышать Алексея, он наш кумир на все времена. Спасибо большое за ваши песни. Смотрели вас в проекте «Три аккорда» и «Точь-в-точь» и болели за вас. Будьте здоровы и счастливы. И успехов в вашем творчестве». Думаю, очень приятная смс.

Алексей Глызин: Да, замечательно, спасибо. И надо подписочку «Ждем в гости».

Михаил Навахов: Я всегда приглашаю. Мы вспоминали про Игоря Корнелюка, он тоже недавно был у меня в эфире в рамках этой программы «Звездный городок». Игорь Саруханов тоже был не так давно. И я всегда говорю: «Ребята, приезжайте. Наша радиостанция поддержит ваши гастроли». Уверен, ваши песни, Алексей и песни ваших коллег по цеху не забыты, люди их обожают, на них ходят, слушают, эти песни будут звучать обязательно у нас в ремиксах на нашей дискотеке XX века, поэтому у меня нет абсолютно никаких сомнений в том, что ваши гастроли по Америке будут успешными. Алексей Глызин: Ностальгия существует, ее никто не отменял, и ее нельзя вытравить из сознания человека, мозгов.

Михаил Навахов: Алексей, как вы думаете, какая у народа самая любимая ваша песня? 

Алексей Глызин: Наверное, «Ты не ангел» и «Зимний сад». Хотя, может, и «Поздний вечер в Соренто». Песен много, но я думаю, что эти.

Михаил Навахов: Что касается меня, то моя любимая песня – это «Поздний вечер в Соренто». Я считаю, что она невероятно гармонична, эта песня, которая проникает в душу, проходит через твои уши в организм. Действительно в ней уникальная есть гармония. А есть ли у вас «любимый ребенок», любимая песня?

Алексей Глызин: Сложно сказать. У меня есть песня, которую я люблю, называется «Колыбельная», но она звучит очень редко. Она была посвящена рождению ребенка.  Потом песня «Ветер бродяга» или «Пепел любви» – песня динамичная, в ней есть настроение. И она вымучивалась долго, потому что текст менялся, еще что-то. У каждой песни свои истории, потому что какая-то песня родилась сразу, а есть песни, с которыми были мучительные процессы аранжировки, изменение тональности, темпа, добавление трехчастных форм.

Михаил Навахов: То есть, это трудный ребенок, его любишь больше, потому что на него больше потратил сил, времени, крови, денег. Но, к сожалению, у меня этих песен нет. Но это интересный феномен: песни, которые любит народ, не всегда совпадают с любовью автора этих песен. Некоторые артисты даже не поют. У нас было интервью с Родионом Газмановым, и его песня «Люси». Он говорит: «Я ненавижу ее». Я говорю: «Родион, благодаря этой песни же вы стали звездой, вы стали знаменитым». Он говорит: «Да, с другой стороны так».

Алексей Глызин: Но это благодаря папе. А есть пример Вовы Преснякова, который говорит: «Я «Стюардессу по имени Жанна» не могу петь». Но, с другой стороны, без этой песни его не ассоциируют ни с чем другим.

Михаил Навахов: Абсолютно.

Алексей Глызин: Люди становятся умнее и понимают, что эти песни по-простому кормят, есть такое понятие.

Михаил Навахов: Да. И мы с Родионом в конце концов сошлись на том, он говорит: «Не у каждого артиста есть такая песня, которую требуют на концертах, которая его кормит и которая сделала его знаменитым».

Алексей Глызин: Да. И артисту обычно 25 лет, чуть старше, когда его начинают узнавать. С Родионом случилось так, что уже в пять лет его папа возил по всяческим концертом, съемкам. Я помню эти времена, и этого бедного Родиона тискали как плюшевую игрушку. Потом Олег жутко не хотел, чтобы Родион стал музыкантом, не дай бог гастролером. Отдал его в ВУЗ учиться. Но от генов не уйдешь. 

Михаил Навахов: Не уйдешь. Алексей, у меня, к сожалению, нет возможности поставить ваших трудных «любимых детей», этих песен нет на плейлисте, но я поставлю свою любимую  «Поздний вечер в Сорренто», очень красивая песня. 

Алексей Глызин: Договорились.

Михаил Навахов: Спасибо огромное. Друзья, я напоминаю, что у нас сегодня в гостях в «Звездном городке» Алексей Глызин. Хочется задать такой вопрос. Алексей, вы перевоплощались в Альбано, в Александра Кутикова, в Джона Bon Jovi, в Александра Серова, Сергея Гармаша, Билли Джоэла, Вилли Токарева, Александра Барыкина, Сергея Шнурова, Юрия Антонова и Гарика Сукачева в замечательных проектах «Первого канала» «Точь-в-точь», а на кого вы хотели быть похожи в юности? Был ли у вас кумир?

Алексей Глызин: В юности – Beatles, Rolling Stones, чуть позже  Led Zeppelin, Deep Purple, Grand Funk —культовые группы. В музыкальном смысле Led Zeppelin для меня это очень серьезная музыкальная группа, потому что все эти стилистические настроения, гитары — это было по-настоящему, если говорить по-музыкантски, то это было невероятно. И методизм песен Beatles — это целое наследие. Сейчас все мировые звезды переделывают, делают ремиксы и прочее, прочее, перепевают, и это продолжается постоянно. Думаю, это стало классикой. Хотя нам в свое время Никита Богословский, наш композитор писал, что это – так себе группа, четыре парня, непричесанных, в каких-то костюмах непонятных. Но, он не угадал. Эта группа перевернула сознание людей не только в Англии, но и в мире.

Михаил Навахов: Это, безусловно. Алексей, интересно, что практически все знаменитые музыканты российские, выступающие в жанре поп-музыки говорят одно и то же. Они называют известные, легендарные западные рок-коллективы, но при этом сами не работают в стиле рок. Почему?

Алексей Глызин: Потому что есть определенным штампы. От меня уже ждут чего-то такого, какой-то лирики. Хотя мне ближе, когда я был в армии- играл композиции Grand Funk. В любом случае это довольно сложно у нас культивировать.

Михаил Навахов: Это сложно, потому что люди не воспринимали бы эту музыку, потому что это не западные люди и совершенно другая культура… Возможно, потому что музыканты не привили им этот вкус.

Алексей Глызин: Может быть, потому что не привили. Приезжал же, Gorky Park в Америку, выступали, катались по клубам. И у них была определённая популярность, поклонники. Но не получилось. Коля взбрыкнул в свое время, и все сломалось. Хотя, может быть, что-то и получилось. Все равно колоссально сложно внедриться. У нас есть отдельные люди, которые играют в той или иной группе более или менее известной. Сейчас не буду приводить пример. Но так, чтобы кто-то стал яркой звездой, выходец из России, это можно говорить только о классике. А поп-культура у нас вторична. А сейчас у нас в полный рост процветает рэп-культура. 

Михаил Навахов: Как вы к ней относитесь?

Алексей Глызин: Я отношусь к ней с пониманием, философски.

Михаил Навахов: Есть очень хорошие тексты,  хорошие стихи.

Алексей Глызин: Мне это не близко, поэтому отношусь к этому философски. Я вижу там талантливых людей, но в основном это в большей степени собачатина.  Извините.

Михаил Навахов: Нормально-нормально. Наш слушатель Феликс спрашивает, как дела у вашего сына Игоря, которого вы назвали в честь Игоря Талькова?

Алексей Глызин: Он занимается на телевидении в «Останкино», параллельно работает в «Музторге». Это магазин, который открыл в свое время господин Ситковецкий, всем известный по группе «Автограф», идейный вдохновитель. Саша Ситковецкий живет в Лос-Анджелесе. Игорь буквально неделю назад заболел COVID, но в легкой форме, со своей подругой. Они сидят дома на самоизоляции. 

Михаил Навахов: Дай бог, мы желаем ему скорейшего выздоровления. В России сейчас ситуация очень грустная.

Алексей Глызин: Да, до этого было все нормально. 

Михаил Навахов: Алексей, неожиданный вопрос про футбол. Вы болельщик московского «Спартака», как вы пережили провальное выступление сборной России по футболу? Должен ли Дзюба и его возрастные товарищи закончить выступать за сборную.

Алексей Глызин: Я полагаю, что это надо было сделать давно. Я не вижу игроков, кроме Головина, которого в «Монако» научили этому, потому что иначе, он там не нужен был… и Чернышев. Вот два человека, про которых что-то можно сказать, которые как-то бегали, разумно понимали, что они делают. Остальные игроки напоминали мне дворовую команду, которая добегая до ворот соперника, не знала, куда пнуть этот мяч. Они опять его отдавали назад. И когда играли со сборной Дании, датчане, добегая до ворот, сразу забивали гол. Такая постыдная ситуация. Мне стыдно за нашу футбольную команду, за наш футбол, за то, что происходит в этой системе. Но это опять для другой программы. Но надо нам многое менять, чтобы выступать на чемпионатах такого уровня. Пожалуйста, среди своих играйтесь в свое, но не надо лезть туда, где…

Михаил Навахов: Будет стыдно.

Алексей Глызин: Становится стыдно. Именно так.

Михаил Навахов: Алексей, очень интересный разговор у нас получился: где-то философский, где-то ностальгический. И о музыке тоже поговорили. Огромное спасибо за ваше время.

Алексей Глызин: Мне понравилось, что было сказано, что не у всех этнических групп есть свое радио, которое работает круглые сутки. Была даже гордость.

Михаил Навахов: Есть такое дело.

Алексей Глызин: Есть люди, которые болеют за это.

Михаил Навахов: Алексей, спасибо тебе большое и еще раз хочу подчеркнуть, что мы ждем вас на гастролях.

Алексей Глызин: Продвижения и процветания!

Михаил Навахов: Спасибо. Наша радиостанция всячески поддержит гастроли Алексея Глызина в Америке и в Нью-Йорке в частности. Алексей, спасибо большое, здоровья, удачи. Всего хорошего, пока-пока!

Алексей Глызин: Всем живущим в Америке- счастья! Всего вам светлого.