104.7 FM

Freedom FM

.

.

.

.

Current track

Title

Artist

Background


Игорь Саруханов


13 мая 2021. “Звёздный городок”



Михаил Новахов: В эфире «Звездный городок». Меня зовут Миша Новахов. Это Freedom FM 104.7, Нью-Йорк. И друзья мои, как вы понимаете, неспроста начинается с песни наша программа, наш эфир. У меня сегодня в гостях потрясающий музыкант Игорь Саруханов. Игорь, я приветствую вас!

Игорь Саруханов: Да, привет, привет, ребята, привет.

Михаил Новахов: Приветствую, приветствую. Если есть возможность, чуть-чуть погромче. Я прямо вот задрал все фейдеры, но хотелось бы еще немножко.

Михаил Новахов: О, вот так шикарно! Вот так просто замечательно. Ну все, наладили. Отлично.

Я прошу прощения за некоторые технические паузы. Это прямой эфир. В прямом эфире бывает абсолютно все, уверен, так же, как и на концерте. 

Вот кстати, Игорь, самый запоминающийся концерт по техническим проблемам? Что было? Какой самый невероятный курьез случался на концерте?

Игорь Саруханов: У меня на концерте?

Михаил Новахов: Да.

Игорь Саруханов: Как вам сказать, бывало всякое, конечно. Например, однажды в советские времена… Сейчас так хорошо слышно?

Михаил Новахов: Отлично. Супер.

Игорь Саруханов: В советские времена, если вы помните, знаете, если ты опоздал на стойку регистрации, то на твое место уже сажают другого пассажира. И в результате, когда все-все-все зарегистрировали, прошли на поле, подошли к самолету, а я улетал тогда в город Ижевск, там на огромной площади был мой концерт. Должен был быть мой концерт. Но потом состоялся все равно. Я, как всегда, пропускаю всех своих артистов: «Заходите, заходите». Захожу последним. И говорят: «Вы знаете, извините, мест больше нет».

И действительно, меня не пустили самолет. Там был очень ответственный командир корабля. Сказал нет. А там ему объясняют, что это, вообще, заслуженный артист. Нет-нет-нет, ничего не хотим знать. Я утренним рейсом прилетел. Это был вечерний.

Михаил Новахов: То есть курьез начинается еще до начала концерта.

Игорь Саруханов: Да, бывает такое.

Михаил Новахов: Не успели мы с вами, Игорь, выйти на связь, уже пишут: «Браво, Игорь!» Вы еще даже не спели, Игорь, уже пишут: «Браво, Игорь!»

Игорь Саруханов: Я очень рад. Благодарю вас. Спасибо. Мы, кстати, давно не виделись. Я давно не был в Нью-Йорке и, вообще, в Америке. Как-то так вышло. Я не знаю, с чем это связано. Может быть, это связано со средством доставки информации до зрителя, до слушателя, но за эти годы, – я был в 2003 году последний раз, с Игорем Крутым мы приезжали…

Михаил Новахов: Это прямо очень давно.

Игорь Саруханов: Это было очень давно, да. Я, правда, не знаю почему, но с тех пор я выпустил еще четыре альбома. И там было очень много интересных хитов, и это очень странно.

Михаил Новахов: Игорь, мы вас ждем. И хочу вас заверить, как единственная русскоязычная FM-радиостанция в городе Нью-Йорке, с удовольствием поддержит ваши гастроли и по Нью-Йорку, и по Америке. Мы с большой радостью это сделаем.

Игорь Саруханов: Спасибо.

Михаил Новахов: Спасибо вам большое.

Когда мы вышли с вами на видеосвязь на Skype, я вас увидел, я заметил, – и, вообще, на последних ваших фотографиях, – что вы как-то очень модно и молодо выглядите. Вот такие очки модные, стрижка модная. Кто занимается вашим стилем, вашим имиджем?

Игорь Саруханов: Профессионалы. Можно, конечно, назвать имена, но нет смысла, мне кажется. 

Михаил Новахов: Все понятно.

Игорь Саруханов: Профессионалы и только. И я считаю, что так должно быть. Только так.

Михаил Новахов: Меняется ваш образ со временем, меняется прическа, одежда. Вы следите за модой. Артист должен, в принципе, выглядеть модно. Как меняется с возрастом отношения с музыкой, отношение к музыке и ее восприятие?

Игорь Саруханов: Мудрость, появляется мудрость. И мне кажется, спокойствие приходит. Тебя не бросает из стороны в сторону в поисках жанра, обновления каких-то вещей. Просто есть такие вещи, как… Надо соблюдать то состояние музыки, вернее, звучания и темп того времени, в котором ты живешь. Это очень важно, потому что музыка, записанные в 1980-е и 1990-е, сегодня не котируется никак. Но если оставить какие-то ключевые моменты партитуры, но при этом дополнить это все новыми звуками…

Мне однажды задали такой же вопрос. И тут же я встречно спросил: «Молодой человек, если будет бочка не та или бас, вы будете дальше слушать?» Он ответил: «Нет». Он молодой.

И многие. Вот я, например, тоже. Мне уже не хочется слушать, хоть я и не молод, но я, сам того не подозревая, и все-все-все мы вот уже более двадцати лет слышим новое звучание.

Музыканты Америки, музыканты Европы тратят огромные деньги и время в поисках нового звука. И поэтому эти замечательные каталоги, которые у нас есть, которыми мы пользуемся, звучат сегодня в полный рост. И никак нельзя их игнорировать, ими пренебрегать.

Михаил Новахов: Я обратил внимание, что в песне «Дорогие мои старики», с которой началась наша программа, тоже звучит по-новому. Это не та песня, которая была записана… В каком году, кстати, она вышла?

Игорь Саруханов: Вообще, песня вышла в 1986 году. Она была написана. В 1988 году она уже звучала в «Песне года». Я не знаю, слышали вы или нет, но уже три года как шагает по стране проект «Реанимация» Игоря Саруханова.

Туда вошло более тридцати песен. Это все мои хиты. Они звучат вот так. Я переписал и перепел и сделал новые аранжировки. И как я говорил, я оставил основные ключевые моменты в аранжировке тех лет.

Михаил Новахов: Игорь, именно эта песня принесла всесоюзную славу? «Дорогие мои старики». Или какое-то другое событие стало поворотным в карьере?

Игорь Саруханов: «Маскарад», сказал бы я. «Слово в слово», «Круг друзей», «Каракум», «Позади крутой поворот» – это все было написано до «Дорогих моих стариков». Дальше «Зеленые глаза».

Михаил Новахов: Хитов какое-то невообразимое совершенно количество. Действительно поразительно.

Игорь Саруханов: Но это все до. Эти все хиты, все эти премии, сопотские, венгерские и так далее. Понимаете, о чем я говорю?

Михаил Новахов: Да.

Игорь Саруханов: Если бы у меня не было этих хитов, то меня бы не пустили никуда и не стали бы даже слушать. Как и сегодня, так и в те годы, очень трудно пробиваться. И когда я принес песню «Дорогие мои старики», Диана Иосифовна Берлин, такая замечательная и знаменитая женщина, прониклась. Вообще, она очень сильно помогла мне в посткруговский период. Я пошел своей дорогой.

Но, правда, группу «Круг» на сегодняшний день я возродил вновь.

Михаил Новахов: Я даже удивился, когда среди песен, которые нам прислали для сегодняшнего эфира, была песня «Игорь Саруханов и группа «Круг»» «Круг друзей».

Игорь Саруханов: Мы также перепели ее, переиграли в рамках реанимации группы «Круг».

Михаил Новахов: Слышно это новое звучание во многих песнях. И теперь понятно, почему для вас было важно перепеть и переозвучить эти песни, чтобы они звучали так же красиво, но с более современным звучанием.

Игорь Саруханов: Да, конечно, не стыдно. Группе не стыдно.

Михаил Новахов: Абсолютно. А вот возвращаясь к тому времени, было ли что-то такое, после чего вы проснулись тем Игорем Сарухановым, каким вас все знают? Знаете, как говорят: проснулся звездой. Было какое-то событие в вашей жизни такое или это как-то происходило плавно, постепенно?

Игорь Саруханов: Это плавно, постепенно, потому что, если вы помните, группа «Круг» была суперпопулярна. И конечно же, все знали, потому что мы давали интервью, кто что написал и кто что спел. Это скрыть было невозможно.

Но «Маскарад», «Маски, макси», эта песня, она… И «Слово в слово». Это мой первый альбом, который вышел в 1985 году. И я уже был в 1985 году на Фестивале молодежи и студентов в Москве. Уже был таким хедлайнеров в клубе делегации СССР.

Просто это как-то все произошло. С кем-то встретился. Кто-то сказал: «Давай сейчас. Завтра приходи в ЦК ВЛКСМ, поедем в Таллинн, запишем альбом в рамках культурной программы фестиваля».

(00:25:07)

Вот такие вещи с неба падали, подарки. Это же не каждому такое может… И тебе еще дают комсомольские деньги, как путевку. И ты едешь в командировку, записываешь в лучшей студии… Тогда в те годы в СССР это «Линна Халл» в городе Таллинн. И ты записываешь музыку. Стоит Хаман, стоит Тама, стоят, вообще, «Профит 5» – лучшие инструменты, на которых играли все: и Супермакс, и все-все-все-все.

И вот ты записываешь, ты приезжаешь в Москву, показываешь комсомолу, потому что комсомол следил за этим вопросом, чтобы это все прошло очень хорошо, плавно, не дай бог, чтобы там не было никаких эксцессов и проблем, и сбоев, косяков, не дай бог. И я был участником этой всей программы. И конечно же, уже летом, когда начался фестиваль, я был хедлайнером, понимаете, да. Вот как-то… Вот как-то это, плавно или как? Как это вот понять? И уже звонки, и там 20-30 концертов во дворцах спорта. Вот тебе и плавно.

Михаил Новахов: Ну вот видите, как в советское время, все-таки была возможность как-то пробиться.

Игорь Саруханов: Да, конечно.

Михаил Новахов: А есть какая-то ностальгия по Советскому Союзу?

Игорь Саруханов: Честно говоря, нет. Вот у меня нету, потому что и сегодня тоже есть проблемы, но те проблемы были глупые. Просто очень сильно глупые, потому что было непонятно почему. А говорили так: «Песня хорошая, но что-то в ней не хватает». И ты стоишь, как дурак, с образованием, человек, у которого за плечами много хитов. Премию в Сопоте Анне Вески получила за мою песню. И ты ничего не можешь сказать. А потом видишь в глазах, что он хочет что-то еще тебе сказать, но уже где-то за углом.

И он тебе за углом говорит: «Давай со мной песню сделаем, и я все остальные песни пропущу».

Михаил Новахов: А, вот так вот.

Игорь Саруханов: Это на худсовете. Вот такое было. Мне это очень не нравилось.

Михаил Новахов: А какой был, Игорь, самый счастливый период вашей жизни?

Игорь Саруханов: Наверное, счастливый период был, когда я попал в группу Стаса Намина. По ощущениям. Я пошел в армию и сказал папе: «Папа, извини, я бросил твой институт. Я просто хочу быть музыкантом, но для того чтобы им стать, мне надо закончить музыкальную школу». Потом я сказал, что «я пойду обязательно в армию, потому что этот Дамоклов меч мешает мне думать и развиваться, и куда-то стремиться и прослушиваться, потому что я хочу быть гитаристом какой-нибудь группы».

Михаил Новахов: Игорь, я прошу прощения. Кто принял решение отдать вас в музыкальную школу?

Игорь Саруханов: Мама. Мне было десять лет.

Михаил Новахов: Мама приняла решение. То есть мы маме должны быть благодарны?

Игорь Саруханов: Это конечно, потому что должны были учиться в музыкальной школе все. Такой был закон. Все. И мой брат, и я, мы все учились по классу классической гитары.

Михаил Новахов: А почему мама так решила?

Игорь Саруханов: Потому что мама закончила музыкальную школу, училище и педагогический институт. И она выбрала. Она могла бы быть педагогом по фортепиано, но она выбрала русский язык, литературу, эстетику и психологию.

Михаил Новахов: А папа чем занимался?

Игорь Саруханов: Папа занимался наукой. Он был научным сотрудником одного из крупнейших институтов, защитил диссертацию и был доцентом института.

Михаил Новахов: Игорь, вы чувствовали свои кавказские корни или это абсолютно не ощущалось?

Игорь Саруханов: Нет, потому что с трех или четырех лет мы начали жить в Подмосковье. Я этого не ощущал.

Михаил Новахов: Но родились вы при этом в Самарканде?

Игорь Саруханов: Да, и в 3-4 года меня увезли. А потом братика сразу за мной. Он там был с бабушкой. И когда он чуть-чуть подрос, до трех лет, его тоже привезли, потому что оставалось еще три года, и надо было в школу. А он вообще русского языка не знал, бабушки его там научил говорить по-армянски. Мы учили моего брата говорить по-русски. 

Он очень говорит по-русски, без акцента. Так же, как и я.

Михаил Новахов: Чем брат занимается?

Игорь Саруханов: Наукой, системные технологии. Квалификация сумасшедшая.

Михаил Новахов: Общаетесь близко, часто?

Игорь Саруханов: Да. Часто и близко.

Михаил Новахов: Как раз кто-то из слушателей, услышав, о чем мы с вами ведем речь, пишет: «Фамилия Саруханов – армянская фамилия? Почему не Саруханян?»

Игорь Саруханов: Сейчас объясню. Был случай, когда я написал песню «Я по крови армянин». Меня попросили в РИА «Новости» прийти и сделали телемост с Ереваном. Ереван возмутился, почему я говорю, что я армянин. Я обалдел от этого, честно говоря. И мне пришлось объяснить. Люди, живущие в Ереване, не знают, что недалеко, практически в 50-100 километрах, от них находится Карабах. Они это знают. Мартакертский район есть такой, который там в 200, по-моему, километрах. И в Мартакертском районе по лучшим традициям, православным, как это было раньше, Иван – Иванов, Степан – Степанов или Петр – Петросов. Я имею в виду, по имени отца давали фамилии детям или семьям. Это очень старинная традиция. Наша фамилия датируется 1800 годом, то есть в 1800 году в Мартакертском районе, когда эти ребята, которые решили меня вызвать на дуэль… Зачем вызывать одного из немногих армян, которыми должны гордиться? Вызывают на дуэль, чтобы показать свои скудные знания. Один из них кто-то наверняка переходил ко мне в «Википедию» и прибавлял мне «ян».

Все связано с тем, что меняли фамилию, например, Саруханов на Саруханян, когда переезжали в Ереван, потому что в Ереване его не взяли бы никуда.

Михаил Новахов: Без окончания «ян»?

Игорь Саруханов: Да. Не взяли бы его, потому что сказали бы, что ты пошел на поводу и сделал из  «ян» «ов». Это грубое нарушение, во-первых. Это незнание, два. И поэтому я повторяю еще раз. Если меня слышат армяне, то я бы хотел, чтобы знали, что в 1800 году жил такой человек по имени Сарухан. Это армянское имя. И он назвал своим именем фамилию. И фамилия произносится Саруханов.

Михаил Новахов: Выяснили.

Игорь Саруханов: Все остальное – это изменение этой фамилии.

Михаил Новахов: Друзья, если кто-то вдруг не понял, у нас Игорь Саруханов, не Саруханян, а Игорь Саруханов у нас в эфире в нашем звездном городке. Это Freedom FM 104.7. 

И кстати, хочу, Игорь, вам сказать, что ваш голос и ваши песни сейчас слышны с самого высокого здания, с самой высокой башни в Северной Америке – это World Trade Centre. Тот самый World Trade Centre. Именно там стоит наш передатчик, наша антенна.

Игорь Саруханов: А на какой улице, напомните.

Михаил Новахов: Это даунтаун. Это самый-самый низ Манхеттена, где возвышались две башни. Сейчас у нас стоит красивая, самая высокая башня. Ее еще называют Freedom Tower, поэтому наша радиостанция называется Freedom FM, потому что мы вещаем с Башни свободы.

Кто-то не вопрос задает, а просто пишет приятные слова. Мне кажется, их надо озвучить: «Привет Игорю. Обожаю его песни. Талантище».

Игорь Саруханов: Спасибо! Спасибо большое. Спасибо.

Михаил Новахов: «Специально еду на работу позже, чтобы послушать Игоря Саруханова в эфире. Ни одна вечеринка не проходит без его песен. Любим вас и слушаем постоянно. Здоровья и творческих успехов». Ну что ж, это очень приятно слушать и слышать.

Игорь, я предлагаю послушать еще один хит ваш – это песня «Желаю тебе». Игорь Саруханов: Спасибо. Хорошо.

Игорь Саруханов: Да. Вы меня слышите хорошо?

Михаил Новахов: Да, прекрасно вас слышу. И послушали мы песню «Желаю тебе», опять же, в совершенно новом звучании, абсолютно современном, но в то же время в нем осталась душевность старой музыки. Вот так, может быть, можно сказать.

Кстати, недавно, я прочитал, было проведено какое-то исследование о том, какая же музыка наиболее положительно влияет на человека, наиболее успокаивающе. Оказалось, что это музыка 1980-х годов. Даже не классическая, а 1980-х. Это прямо медики установили.

Игорь Саруханов: Она была красивая очень.

Михаил Новахов: Она была очень мелодичная.

Игорь Саруханов: Задача стояла – создать красоту и глубину текста. Вот такая была задача.

Михаил Новахов: И это на самом деле удавалось музыкантам в 1980-х.

Игорь Саруханов: Немногим.

Михаил Новахов: Это правда. Игорь, а как вы относитесь к современной музыке? К такому жанру, как рэп, например? К тому, что слушает сегодня молодежь? К песням, которые поются чуть ли не на одной ноте и так далее?

Игорь Саруханов: Дело в том, что рэп рэпу рознь. Хороший рэп я воспринимаю положительно. Сам его использую сейчас в одной из песен группы «Круг» в новом варианте. Мы используем рэп.

Михаил Новахов: Интересно послушать.

Игорь Саруханов: Мне нравится, да. Скоро будут релизы, следите.

Михаил Новахов: Отлично. И с удовольствием покрутим релизы на Freedom FM.

Нам задает вопрос на слушатель №8666: «Добрый день, Игорь! Кто из группы «Круг» вошел в состав возрожденной группы?»

Игорь Саруханов: Все кроме Файнзильберга.

Михаил Новахов: Исчерпывающий ответ. Пожалуйста.

Игорь Саруханов: Он не работает. Он служащий церкви.

Михаил Новахов: Окей. Еще у нас есть вопросы наших слушателей интересует, как происходит процесс написания песни. Слова, музыка, все сразу? Вы заставляете себя работать или это получается само собой?

Игорь Саруханов: Можно я дополню ответ? Это я, Евгений Гетманский (клавиши, вокал, гитара), Владимир Васильев (бас-гитара) и я играю на гитаре. И мой барабанщик, который заменил Файнзильберга – Сердюков Слава. И конечно, мои девочки, которые поют, подпевают, постоянно рядом. Вот такая у нас тусовка.

Михаил Новахов: Песни исполняются, как старые, так и новые?

Игорь Саруханов: И старые, и новые, и мои тоже, поэтому афиша висит такая: Игорь Саруханов и группа «Круг».

Михаил Новахов: Возвращаемся к вопросу о процессе написания песен. Заставляете себя работать? Мне нужно написать песни, я сажусь и пишу. Или это как-то получается само собой, приходит в голову мелодия, текст? Как это происходит у вас?

Игорь Саруханов: У меня лично происходит по-другому. Я достаточно много пишу. Выпустил альбом только что, если вы знаете.  В декабре вышел альбом из двенадцати новых песен. Но если я чувствую, что… Я просто точно знаю, что если я сяду за столом, за фортепиано или гитару, возьму чистый лист бумаги и начну работать, появляется песня. Сразу. Если я не подхожу за стол, ничего не делаю, значит просто или настроение, или состояние здоровья. Правда, здоровье, слава богу, пока хорошее.

Михаил Новахов: Слава богу.

Игорь Саруханов: Но дело в том, что, написав песню, я не могу ее не отнести в студию, чтобы записать.

Но у меня перебор сейчас просто по песням. И я делаю небольшую паузу. Моя команда уже стонет, потому что я их… Просто нужно делать двенадцать релизов, а новая песня…

В принципе, вы сейчас как раз попали в точку, потому что у нас шестнадцатого запись новой песни для группы «Круг». И уже восемнадцатого запись моей новой песни потрясающей. Я думаю, это будет очередной шедеврик.

Михаил Новахов: Игорь, у меня к вам большая просьба. Мы с удовольствием покрутим новые песни. Мы бы хотели перед этими песнями такое от вас небольшое вступление.

Если можно сказать: «Привет, Нью-Йорк! Это Игорь Саруханов! Слушайте мои песни на Freedom FM!», можете сделать нам такой сюрприз? Подарок такой.

Игорь Саруханов: Да.

Михаил Новахов: Отлично. Поехали.

Игорь Саруханов: Привет! Я Игорь Саруханов. Слушайте мои песни на Freedom FM.

Михаил Новахов: Отлично. Спасибо огромное.

Идем дальше по вопросам наших слушателей и по моим вопросам тоже. Кстати, Игорь, а что вы слушаете в машине, когда вы едете? Вы слушаете себя, кого-то? Что вы отслушиваете?

Игорь Саруханов: Я слушаю иногда классику. У меня есть… «Алиса, поставь классическую музыку!» Она ставит и все.

Михаил Новахов: Это наша Алекса, по-моему? Это робот какой-то?

Игорь Саруханов: Нет, у нас «Яндекс. Мьюзик». Алиса находит мгновенно, моментально во всех площадках цифровых ту песню, которую я говорю. Понимаете, о чем я говорю?

Михаил Новахов: Да, конечно.

Игорь Саруханов: На iPhone.

Михаил Новахов: Да, конечно. У нас эту девушку зовут Amazon Alexa. Мы с разными роботами общаемся.

Игорь Саруханов: А чаще всего я прошу поставить лучшие песни Jamiroquai. И все.

Михаил Новахов: Ах вот так вот? И кстати, раз мы заговорили о западной музыке, как вы считаете как человек, создавший невероятное количество мелодичных хитов, чем русская популярная музыка отличается от западной? Почему мы так любим наше? Это на уровне какой-то гармонии, впитанной с молоком матери?

Игорь Саруханов: Вот вы правильно говорите. Наверное, есть какие-то традиции, которые мы впитали. Нас учили, мы слушали, мы были все время в каком-то поле звучания. Какие-то мелодия. В нас это все как-то… Вы знаете, прорастали мы. Но мы слушали и Beatles. Мы слушали западную музыку, Элтон Джон, мы слушали Стиви Уандера. Ну как, без этого никак, поэтому наверняка мы наполняли таким образом. Школа была оттуда, потому что другой школы не было. И мы наполняли свою технику пения этими замечательными мелизмами, которым нас учил Стиви Уандер, Элтон Джон, Маккартни и так далее. Много их. Очень много.

Мы эту музыку слушали. Если бы я не снимал нота в ноту Deep Purple, Led Zeppelin, я бы никогда бы не сыграл так на гитаре, как я играю.

Михаил Новахов: То есть для вас это был тренинг такой? То есть вы на этом учились, тренировались?

Игорь Саруханов: Да, это была моя школа. И это делали все-все-все гитаристы со школьной скамьи, поверьте мне.

Михаил Новахов: Очень многих российских музыкантов обвиняли и обвиняют в том, что они что-то взяли с Запада, чуть ли не слизали какие-то песни. В ваш адрес звучат подобные обвинения?

Игорь Саруханов: Пока не было.

Михаил Новахов: Слава богу. К счастью. Хорошо. Вообще, вы поездили по миру. Могли жить где-то кроме России?

Игорь Саруханов: Нет. Пока нет. Пока не могу. Чувствую, что я могу куда-то угодно приехать, побыть десять дней, месяц, но я должен вернуться, потому что я, конечно, житель этих мест.

Михаил Новахов: И так же, как вы, видимо, любит родину наш слушатель Феликс. Он пишет следующее: «Саруханов! Мы с тобой земляки! Мои корни тоже из Мартакертского района!»

Игорь Саруханов: Вот видишь как. Это корни моих предков. Я родился в Самарканде. Но считаю своей родиной Долгопрудный, который меня вскормил. Это подмосковный город-спутник. Находится за МКАДом. Знаменит тем, что в этом городе знаменитый Московский физико-технический институт, где был Капица и многие другие.

Михаил Новахов: Пишет мой коллега Саша Осташко, который тоже слушает станцию. Пишет: «Много лет назад чисто случайно оказался на концерте Игоря Арменовича в Одессе. Открывался какой-то ресторан. В восторге до сих пор!»

Игорь Саруханов: Нормально. Здорово.

Михаил Новахов: Игорь, когда вы последний раз в ресторане пели, вообще?

Игорь Саруханов: Нет, мы достаточно стали петь в ресторанах, потому что все корпоративные вечеринки – это тоже статья дохода неплохая, тоже источник заработка, от которого нельзя отказываться. Это происходит в ресторанах.

Но до 1990 года, даже до 1995-1996 года, я думаю, вот так, это было бы оскорблением, если бы меня попросили в ресторане где-то попеть, потому что мы пели только на стадионах, во дворцах спорта и в шикарных залах.

Михаил Новахов: Какой самый большой по количеству людей стадион вы собирали?

Игорь Саруханов: «Олимпийский», наверное. СКК в Питере поменьше. Чуть-чуть меньше. Я думаю, что СКК был самый-самый, потому что там на всю чашку – пятьдесят. Но восемнадцать тысяч, вот так как-то было.

Михаил Новахов: Это какое-то есть специальное ощущение у артиста, который выступает перед десятитысячниками?

Игорь Саруханов: Когда ты приходишь из армии и попадаешь в самую крутую группу «Цветы» и оказываешься на стадионе двадцать тысяч, прямо сразу, то, конечно, ошарашивает. Потом проходят годы, и ты к этому привыкаешь. И когда ты создаешь группу «Круг» и понимаешь, что ты скучаешь по этим залам. А залом-то еще нет. И мы начинали сначала такие концертики в залы на тысячу мест, на 1200. Но когда группа «Круг» раскрутилась, и песни стали популярными, то это были уже такие большие стадионы, о которых я говорил. И СКК.

Мы, например, могли отыграть в том же в одном городе, в Питере… Есть такой «Юбилейный», где погиб Игорь Тальков. Он просто вот так по кругу – это десять тысяч, а со стоячим партером – это, наверное, пятнадцать. Так вот мы отыграли несколько концертов в этом зале. И к нам подошел директор Ленконцерта и сказал: «А вы не могли бы еще остаться на десять в СКК?» В СКК – это шестнадцать тысяч. То есть там восемнадцать. Вот понимаете, да?

Мы привыкли к тому, что мы других залов… Хотя я скучал, например, по мягким креслам. Но дело в том, что музыка была такая, и целевая аудитория была динамичная, поэтому там нужно было много места для танцев, для разборок. Обязательно где-то в середине концерта какая-нибудь драка была. Милиция выходила работала, что-то такое делала. Все были заняты.

Концерт прошел великолепно!

Михаил Новахов: Игорь, не могу в финале не задать этот вопрос, потому что сразу несколько слушателей нам написали. Я думаю, что вас замучили этим вопросом все журналисты. Это, конечно, про «Скрип колеса». Все-таки «Скрип колеса» или «Скрипка-лиса»?

Игорь Саруханов: Давайте с самого начала. Александр Новиков, мой друг, с которым я служил в армии, он же поэт. Мы много песен с ним написали. И вот однажды в очередной встрече я показал ему свой набросок этой замечательной мелодии. И он стал писать.

Он написал «Скрип колеса». Потом мы подумали, подумали: «Слушай, а давай скрипка-лиса». А фонетически непонятно, что звучи. Давай назовем так и посмотрим, что будет. Мы так называли. Был скандал на телевидении. Там бедного парня чуть не выгнали с работы за то, что он написал «Скрип колеса», а на самом деле «Скрипка». Но я автор. Нарушение авторских прав. Нельзя.

И парня спасли, сказали: «Он не виноват. Песня такая получилась». И в результате, она какое-то время вот так жила, со спорами. Но однажды Российское авторское сообщество, а в прошлом это был ВААП (Всесоюзное агентство авторских прав) прислало мне справку, заявку, чтобы я разобрался с этим вопросом, потому что авторский гонорар приходит за песню «Скрип колеса». И пришлось зарегистрировать оба названия, и теперь эту песню можно называть по-любому.

Михаил Новахов: Друзья, вот ответ на ваш вопрос. Игорь, огромнейшее вам спасибо за откровенный, приятный разговор. Надеюсь, он у нас состоится еще раз. И еще раз, Нью-Йорк вас ждет, Игорь Арменович. Нью-Йорк вас ждет с концертами!

Игорь Саруханов: Пожалуйста, держите связь с моим директором, с Алексеем. Он вам будет все время где-то там откуда-то присылать песни. Нью-Йорк, я люблю тебя! Жди меня, я скоро приеду!

Михаил Новахов: Счастливо, Игорь. Всего самого наилучшего. Здоровья, самое главное.

Игорь Саруханов: До свидания.