104.7 FM

Freedom FM

.

.

.

.

Current track

Title

Artist

Background


Анатолий Ярмоленко


15 июля 2021. “Звёздный городок”



Андрей Чегодаев: Доброе утро, друзья! С вами Андрей Чегодаев в студии Freedom FM, и у нас сегодня в программе «Звездный городок» легенда советской эстрады, советский белорусский певец, руководитель ансамбля ВИА «Сябры» Анатолий Ярмоленко! Доброе утро, Анатолий Иванович!

Анатолий Ярмоленко: Доброе утро. 

Андрей Чегодаев: Сколько сейчас времени в Беларусии?

Анатолий Ярмоленко: Шестой час, у нас утро. Всем слушателям Freedom FM желаю хорошего дня, отличного настроения праздничного, потому что у нас сегодня открытие XXX, юбилейного фестиваля «Славянский базар» в Витебске. Так что я всем желаю, чтобы атмосфера вот этой радости и отличного настроения передалась всем, кто слушает Freedom FM.

Андрей Чегодаев: Спасибо, у нас сегодня действительно солнечный день. «Славянский базар» — давний фестиваль. Сколько же он человек собирает? 

Анатолий Ярмоленко: Собирается очень много. Я думаю, десятки тысяч за все эти несколько дней. В связи с пандемией боялись, что будет меньше народу, или как-то повлияет и конкурсантам сложно будет добираться в связи с событиями. Многие конкурсанты прилетели из разных стран, я же еще и председатель жюри юбилейного конкурса. 

Андрей Чегодаев: Какие страны участвуют?

Анатолий Ярмоленко: Приехали участники из Прибалтики, даже из Польши приехали, из Израиля, из Грузии, честно говоря, всех не перечислю, но много.  33 страны представляют свои творческие силы на этом фестивале. Вчера вот, Григорий Лепс дал на площади абсолютно бесплатный концерт для народа. Были десятки тысяч людей, а потом «Хор Турецкого». Публика празднует, поет, радуется жизни. 

Андрей Чегодаев: Значит радость жизни происходит и не обращают внимания на «ковид»? Как с этим обстоят дела? 

Анатолий Ярмоленко: Маски используем. Как у нас говорят, если бы мы не сильно на него обращали внимания, то мы бы уже давно вымерли все. А так, не больше, чем в других странах в процентном соотношении. Конечно, люди есть разные, кто-то игнорирует, очевидно, у них крепкая иммунная система. Надеемся на то, что бог будет милостив к нам. 

Андрей Чегодаев: Очень много слушателей радио Freedom FM из Беларуси, и вам шлют теплые слова: «Привет Родине», «Привет Анатолию Ивановичу». Вопрос такой: «Славянский базар» — это фестиваль для молодых исполнителей, я правильно понимаю? Или там разное происходит?

Анатолий Ярмоленко: Это широкий спектр исполнителей, и это фестиваль искусств. 

Андрей Чегодаев: Мне интересно понять: каждый раз проходит фестиваль, и куда деваются эти молодые таланты, которых находят?

Анатолий Ярмоленко: Некоторые молодые исполнители, которые принимали участие здесь, стали победителями Евровидения. Димаш, Руслана — они же завоевали на Евровидении первые места. Одно дело конкурс, другое дело стать артистом. На конкурсе можно собраться, выступить и спеть красиво, а быть артистом и быть любимым артистом —разные вещи. Популярными кстати, чаще становятся те, кто занимает вторые-третьи места.

Андрей Чегодаев: В одном из интервью вы говорили: «Люблю правду, а не сенсации. Вопрос есть от нашего слушателя «Было ли у вас соперничество с ВИА «Песняры»? Как оно проявлялось?»

Анатолий Ярмоленко: Скажу честно и откровенно: никакого соперничества. Мы же начинали в Гомеле, а «Песняры» в Минске. И они первыми стали известны, а мы как провинциалы с восхищением приняли появление на союзной арене коллектива, который все песни пел на белорусском языке, и это было здорово. Потом, когда мы переехали в Минск, мы подружились с Мулявиным, наши кабинеты в филармонии были рядом, и он заходил ко мне, мы делились с ним какими-то вещами. Он спрашивал: «Как вы выживаете?», потому что они были на государственном обеспечении, а мы на хозрасчете. Мы по сегодняшний день на все зарабатываем сами. 

Андрей Чегодаев: У «Сябров» нет господдержки? 

Анатолий Ярмоленко: Ну как, нет господдержки, если нас включают в какие-то программы государственные, концертные выступления, нам перечисляют финансирование на счет коллектива, и мы с этого зарплату формируем. Но мы не на бюджете.

Андрей Чегодаев: Вы используете интернет-платформу или вам не нужно?

Анатолий Ярмоленко: Я очень продвинутый в некотором смысле. Я есть в соцсетях, на Facebook, правда ведут ребята, но я контролирую, в теме всего. 

Андрей Чегодаев: Вы говорили, что бóльшую часть карьеры ВИА «Сябры» обеспечивали себя сами. Шли по западной модели — хитмейкер? Писали хиты, люди слушали и таким образом зарабатывали деньги безбюджетно? 

Анатолий Ярмоленко: Да, только так. Я считаю, что так должно быть, потому что наш жанр, он такой. Нет, если есть какие-то заказы, нужна программа — мы можем написать письмо в Министерство, попросить, чтобы выделили какие-то финансы под ту или иную программу. Но мы этого никогда не делали. Возможно это впереди. Сейчас сложное время, из-за «ковида» меньше концертов, и нам становится сложно заработать, потому что не выехать ни туда, ни сюда. 

Андрей Чегодаев: Бывало так, что вас путали с «Песнярами»? Вы приезжали, а вас просили спеть, например, «Косил Ясь конюшину», а вы пели другую?

Анатолий Ярмоленко: Нет, никогда. Может, в ранний, первый период становления. У меня даже есть статья, которая называется «Сябры» — это тоже «Песняры», и там… Мы перепевали репертуар — это было в начале 1970-х, когда половину репертуара я к Муле подходил и просил: «Я исполню эту твою песню, потому что у нас нет». Потом, когда они стали просить нашу «Алесю» и «Лягу-прилягу», и давали им попеть «Печки-лавочки», и «Глухариную зарю», и «Польку белорусскую», то мы уже на равных…

Андрей Чегодаев: «Алесю» не путали песняровскую? Потому что у «Песняров» тоже есть «Олеся». 

Анатолий Ярмоленко: Мне очень нравилась песня Лученка на стихи Аркадия Кулешова, я начинал: «Бывай, абуджаная сэрцам, дарагая», — это Лученковская. А потом: «Алеся, Алеся, Алеся, так птицы…», — соединял обе, зритель очень тепло принимал. А ты говоришь, конкуренты ли мы с «Песнярами»? Мы долгое время пели «Алесю», потом прошло лет 15, и мы перестали ее исполнять. И Мулявин мне говорит на «Славянском базаре»: «Толя, спой-ка «Алесю» с Алесей». И моя Алеся сольно выступает — никто не знал, что это моя дочь. Я говорю: «Ты знаешь, я не хочу этих разговоров, чтобы говорили «тащит свою дочь». Она просто была Алеся, без имени. Она пела «Жавороночек», «В бочковском котку»— хорошие песни, зритель очень тепло ее принимал. А потом Муля говорит: «Выходи с ней, пусть уже знают, что это твоя». Я говорю: «Я не очень хочу».  Но, тем не менее, он предложил нам такой штрих: она выходит и поет несколько фраз — и эта песня засверкала. И до сих пор мы поем ее в версии с Алесей, когда она работает. Сейчас она родила второго ребенка и меньше выступает с нами, только в больших мероприятиях, так что поем одни. 

Андрей Чегодаев: Замечательно! Еще одно сообщение: «Когда-то, в советское время, мы были на вашем концерте. Это было незабываемо! Часто слушаем «Сябров», ведь это наша молодость. Будьте счастливы, здоровы, всех вам благ, пойте и радуйте нас!» 

Анатолий Ярмоленко: Большое спасибо! Мы всегда идем навстречу пожеланиям зрителей, мы всегда с огромным уважением относимся ко всем, кто нас слушает. 

Андрей Чегодаев: Спасибо!  Вашу дочь зовут Ольга, если не ошибаюсь

Анатолий Ярмоленко: В святцах нет имени Алеся, только Ольга. Поэтому записана она Ольга, а зовем мы ее Алеся. 

Андрей Чегодаев: Понятно. Пришло сообщение: «Попросите Анатолия Ивановича передать привет Алесе от Саши — фотографа из Нью-Йорка. Мы с ней знакомы». 

Анатолий Ярмоленко: Я представляю, о ком это. Да-да-да. Это было лет 10 назад. Мы были там, он снимал целую серию о нас.

Андрей Чегодаев: Анатолий Иванович, вы возглавили «Сябры» в 1981 году, правильно?

Анатолий Ярмоленко: Нет. Я возглавлял «Сябры» с основания, с 1973 года, и название придумал. Поскольку мы были на периферии, тогда не было худруков, не было ничего — был бригадир. Он назывался бригадир сценарной бригады. Мы были бригада «Сябры», которая собралась на моем дне рождения, мы были выпускниками Гомельского музучилища. Такая история. Еще живы те ребята, которые знают эту историю.

Андрей Чегодаев: Как родилось название, кстати? Сябры — это друзья, да или как?

Анатолий Ярмоленко: Сябры – это друзья, да. До этого была эстрадная бригада «Сувенир». А потом, когда сделали ВИА появились «Песняры», я уже продумывал ситуацию, название емкое, броское, созвучное «Песнярам»:  «Песняры» — «Сябры». 

И «Сябры» это так и попало, тем более, что мы действительно друзья с «Песнярами» до сих пор. Я работаю с некоторыми ребятами почти 50 лет. Многие не родились тогда, кто слушает сейчас наши песни. Так вот и возникло название – «Сябры», потому что друзья. Когда из «Песняров» ушел Валентин Бадьяров, мы встретились на гастролях в Ташкенте, он работал уже в «Поющих сердцах», там мы познакомились, и я предложил ему стать музыкальным руководителем. А Коля Сацура, который и до сих пор работает — он тогда был музыкальным руководителем, а художественного не было. Потом уже, после 1990-го, года, официально была введена должность художественного руководителя, я переехал в Минск, перетянул «Сябров» в Минск, тут мы уже вместе работали с «Песнярами». До этого были еще «Верасы». 

Андрей Чегодаев: В 1981 году коллектив «Сябры» вышел в финал «Песни-81» с песней «Алеся». Так, что же это давало группе? Что это означало — выйти в финал? 

Анатолий Ярмоленко: Во-первых, до этого был конкурс советской песни, в 1987 году мы приняли участие, вместе с «Пламенем», по-моему, и с коллективом Паулса «Модо» — в 1977 году. К 50-летию Советской власти был конкурс. Раймонд Паулс, у него был коллектив «Модо», мы, и «Пламя» заняли третье место, первого места не было, второе заняли, по-моему, «Самоцветы» — но там тоже свои дела. Короче, с того времени, это давало нам право записать пластинку на фирме «Мелодия».

Андрей Чегодаев: Вот как!

Анатолий Ярмоленко: Как только мы получили это звание, записали один альбом, установили контакты уже личные. 

Андрей Чегодаев: Какой тираж был, если не секрет?

Анатолий Ярмоленко: Тогда тиражи были -страна 250 миллионов, ты же понимаешь. 

Андрей Чегодаев: То есть попасть на «Мелодию» это такой был «золотой билет»? 

Анатолий Ярмоленко: Да, конечно, пластинки раскупались, достаточно было даже одного хита, и остальное все для развития. И съемки на телевидении — это признание. А для нас, коллектива из Гомеля, это было вообще. Короче, это было четкое, грамотное движение вперед в когорте. И цены на билеты сразу пошли другие. 

Андрей Чегодаев: Собственно, вопрос от слушателя- как получали музыканты в то время? Вы зарабатывали много, но уходило все в «Мелодию» — на лейбл, как сейчас говорят? 

Анатолий Ярмоленко: Да. Сами покупали аппаратуру, сами покупали инструменты.

Андрей Чегодаев: Сами покупали, на заработанное?

Анатолий Ярмоленко: Да, на заработанное. Когда в 1980-х годах пошли кооперативы, нам уже платили больше, я мог заработать хорошие деньги, и музыканты получали по 100 рублей, по 150 рублей (советских) за концерт. Концертов было три-четыре. Два концерта в день — мы считали, что это выходной у нас. 

Андрей Чегодаев: То есть, вы играли три-четыре концерта в день, по два часа программа, я правильно понимаю?

Анатолий Ярмоленко: Да.

Андрей Чегодаев: Как вы успевали? Вы из одного места на другое переезжали?

Анатолий Ярмоленко: Нет, это все на одной площадке. Мы могли работать на одной площадке неделю, по полмесяца работать могли, в одном городе. Потом перешли на стадионы, так, например, в Краснодарском крае, много стадионов таких, по 3-5 тысяч, и мы имели два комплекта аппаратуры, уже были оснащены. Это как гастрольный тур. 

Андрей Чегодаев: Во сколько первый концерт был?

Анатолий Ярмоленко: Смотря сколько концертов. Могло мероприятие начинаться в час, в четыре, в семь и в девять вечера. 

Андрей Чегодаев: Вот, кстати, спрашивают: «Райдер, наверное, тяжелый был?» 

Анатолий Ярмоленко: Мы тогда таких слов не знали. Все возили с собой. Наш райдер — это был кипятильник. Знаешь кипятильник советский? Сейчас никто не знает. Кипятильник, кружка, чаек, кофе растворимый. Это считалось выше крыше. Но тогда было другое время. 

Андрей Чегодаев: Алкогольных напитков у вас не было в райдере, я так понимаю, у вас жестко с этим?

Анатолий Ярмоленко: Напитки отменял, конечно, ты что, нельзя. 

Андрей Чегодаев: Вообще, говорят, что вы жесткий руководитель.

Анатолий Ярмоленко: Я тебе скажу, мало того, по секрету, еще вечером надо было с девушкой провести время как-то. Какой тут…

Андрей Чегодаев: Анатолий Иванович, говорят, что вы были и являетесь жестким руководителем. У вас есть какие-то правила, что вы не приемлете?

Анатолий Ярмоленко: Я, вообще-то, мягкий человек. Но жизнь заставила взять все так и себя самого организовать. У меня было правило- три предупреждения, пришел человек выпивший или после выпивки… Не можешь — не берись, это называется, иди на завод, на фабрику, занимайся полезным трудом. Если ты выходишь на сцену, ты должен быть примером для многих людей, люди должны с удовольствием тебя слушать, и понимать, и смотреть, и видеть. Я помню, в Казахстане, я захожу — из Алма-Аты, город назывался Ленинск, где «Байконур» рядом. Мы подъезжаем туда, смотрю, ребята сидят вечером, на столе две бутылки водки. Я открываю окно выбрасываю эти две бутылки и кладу на стол шесть рублей, чтобы люди не подумали, что они платили деньги, а я им запрещаю. Это срабатывало лучше всего. Я платил свои: «Ребят, вы заплатили, вот получите». И это срабатывало хорошо, люди доверяли, когда сам личным примером. 

Первый раз — предупреждение, второй раз — предупреждение, третий раз — собирай вещи, иди, и ничего не влияло на это. Только так, такая жесткость должна быть. 

Андрей Чегодаев: То есть у вас при такой загрузке абсолютный сухой закон, нельзя было вообще себе ничего позволить?

Анатолий Ярмоленко: Иногда хочется. Я пробовал, иногда сяду, и ребята зайдут — компания, все же друзья — выпить 50 грамм, для разрядки. А на следующий день смотришь, они после этого залили еще несколько бутылок. И потом говорят: «Мы же вместе употребляли, Бугор, — они меня Бугор называли, — мы же вместе пили, что же ты нас плющишь?» Я понял, что нельзя этого делать. 

Андрей Чегодаев: Анатолию Ивановичу большой привет от слушателя из Нью-Йорка Марка Тайтлера, композитора. 

Анатолий Ярмоленко: Марик! Это же замечательный композитор, написал «Лягу-прилягу». Замечательная вещь, она стала популярной. Потом мы пели песню «Моя Беларусь». Он, конечно,  отличный композитор. Привет, если он меня слышит, Марк Тайтлер.

Андрей Чегодаев: Спасибо большое. Еще последний вопрос: «Как вам удается балансировать между властью и любовью народной?» 

Анатолий Ярмоленко: Не надо балансировать, надо просто делать свое дело, петь свои песни. И там, и там люди. И у власти люди, которые любят наши песни. Если люди поют одни и те же песни, никогда не будет никакого антагонизма. Это нужно запомнить всем деятелям культуры. 

Андрей Чегодаев: Спасибо большое! Время наше подходит к концу. Анатолий Ярмоленко, руководитель ВИА «Сябры», замечательный певец, исполнитель песен. Спасибо большое, вам крепкого здоровья, хорошего настроения…